Одни винят в этом спекуляции, другие — нехватку предложения, туризм, иностранных инвесторов или процентные ставки. Все эти факторы влияют на рынок, но ни один из них сам по себе не объясняет масштабов проблемы. Возможно, потому что жилье на самом деле никогда не было главной проблемой: скорее, оно является зеркальным отражением экономики, которая по-прежнему с трудом преобразует экономический рост в благосостояние.

В последние годы в Португалии наблюдается ряд позитивных тенденций. Мы улучшили свои показатели по европейским индикаторам инноваций, молодые португальцы демонстрируют уровень цифровых навыков выше среднего по Европейскому союзу, растут инвестиции в технологии, а также появляются проекты, связанные с центрами обработки данных, искусственным интеллектом и возобновляемыми источниками энергии. Мы никогда не были в более выгодном положении для участия в новой цифровой экономике. Несмотря на это, заработная плата продолжает расти медленно, производительность труда остается ниже среднего показателя по Европе, а покупательная способность домохозяйств по-прежнему далека от уровня более развитых экономик.

Именно здесь в дискуссию вступает вопрос о жилье. Слишком долго мы задавались вопросом, почему жилье дорогое. Возможно, нам следует спросить, почему доходы остаются низкими. Жилье не бывает дорогим или дешёвым в абсолютном смысле; оно дорогое или дешёвое в зависимости от экономических возможностей тех, кто хочет его приобрести. Даже на более сбалансированном рынке, где цены в ряде регионов стабилизируются, покупатели становятся более избирательными, а сроки продажи удлиняются, доля семей, вынужденных тратить значительную часть дохода на жилье, остается высокой. Проблема доступности жилья не исчезает при замедлении рынка, поскольку ключевая переменная остается практически неизменной: финансовые возможности семей.

Поэтому настоящая дискуссия должна быть сосредоточена на производительности труда. Португалия по-прежнему производит меньше богатства на одного работника, чем многие европейские партнеры, и это неизбежно отражается на уровне заработной платы. Ирландия является ярким примером: чуть более трех десятилетий назад уровень её развития был близок к португальскому; сегодня она является одной из самых производительных экономик Европы, привлекает инвестиции в технологии с высокой добавленной стоимостью и гораздо лучше оплачивает талантливых специалистов. Ирландию преобразило не жилищное строительство. Её преобразила производительность труда.

В Португалии мы зачастую оказываемся в рабочей среде, где производительность, заслуги и вознаграждение не всегда идут рука об руку. Как только речь заходит о большей гибкости труда, дискуссия быстро приобретает идеологический характер. Но гибкость не означает отсутствие прав; она означает создание условий, при которых компании могут вознаграждать тех, кто создает большую добавленную стоимость, а работники, особенно самые молодые и квалифицированные, могут видеть, как их результаты находят отражение в карьерном росте и повышении заработной платы. До тех пор, пока стаж будет преобладать над заслугами, мы будем продолжать терять талантливых специалистов, ограничивать конкурентоспособность компаний и сдерживать создание богатства.

Португалии, естественно, необходимо строить больше жилья и увеличивать его предложение. Но было бы ошибкой полагать, что мы решим жилищный кризис, не решив сначала кризис производительности. Ведь, в сущности, жилье — это не просто история рынка недвижимости. Это, прежде всего, история португальской экономики.